Лирическое отступление
Он шёл по городу потупя взгляд. Ему не хотелось смотреть в лица прохожих. Прохожие… что они знают о нём? Просто люди, идущие с работы, спешащие по своим делам, люди у которых свои проблемы и заботы, люди, полностью утонувщие в этих серых буднях, живущие сами не знающие зачем, люди, захваченные потоком жизни. Сколько их таких? Живущих ради глупой мечты… ради покупки машины, квартиры, дачи, холодильника, телевизора… все они живут этими стереотипами и думают, что настанет счастье, как только они их получат. Да я и сам частично такой - думал он, строю мечты, которые потом разбиваются… а если бы сбылись, то ещё не понятно было бы мне хорошо после этого или нет. Дом, ещё один дом, подъезд - скорее туда, подальше от посторонних взглядов… туда наверх, чтобы побыть со своими мыслями наедине.
Скрипящая дверь, лестница… прохладный воздух …запах из мусоропровода, зелёные стены, покоцанная чёрная кнопка и вот я уже еду в лифте при тусклом свете закопченной лампочки, щелчок и я на 9-ом.
Поворот за угол, вот и маленькое разбитое окошко, толкаю дверь ногой и я на балконе... оставил свои проблемы там - внизу.
Горизонт - чёрные силуэты многоэтажек на фоне светло-розового заката, а чуть выше глубокое синее небо, такое высокое и белый след самолёта режет небо пополам. А внизу крыши автомобилей, тонущих в густой зелёной листве и полумраке, пустые дорожки из бетонных плиток, начинают зажигаться фонари. Кирпичная стена балкона уходит высоко в небо… красно-оранжевый кирпич и синее небо… что-то далёкое и близкое… и кружится голова. На какое-то мгновение он почувствовал нереальность происходящего. Болела разбитая в кровь рука. И тут в голове промелькнуло - это был тот самый балкон…
Да, именно он - вот и выцветшая, написанная красным маркером надпись… Неужели и чувство, о котором написано также поистёрлось и выцвело в моей душе? Нет, оно осталось и сейчас давило комом в горле… неужели я всё ещё заморачиваюсь по этому поводу? Неужели я помню её? Стоя на балконе и держась за холодный поручень, я пытался вспомнить её глаза, её черты лица… нет, она уже не такая, она уже совсем другой человек, я люблю не её, а ту, которой она была раньше…ту, которой уже никогда не будет, или нет? Может это всё бред по пьяни… водка - плохо… блин, а ведь я даже был немного пьян, когда рассказал ей о своих чувствах. Нет, это тогда ничего не решало… просто придало немного смелости…быть может, всё было бы по-другому, скажи я ей об этом раньше… не знаю, к чему об этом вспоминать…зачем я жалею о том что уже было?
Закат догорал, на горизонте проплывало тёмное длинное облако, в окнах домов начали зажигаться огоньки, вдали что-то монотонно гудело. Город погружался во мрак, а в алюминиевой облицовке балконов соседнего дома, всё ещё был виден отсвет заката. Интересно, сколько прошло закатов с тех пор? Сколько их она встретила с кем-то другим? Это уже не важно… есть только я, балкон, дом и небо и ничего больше, кроме моих мыслей. Ещё у меня есть друзья, родители, родственники, которых я редко вижу… но это всё там - внизу, а здесь я сам наедине с собой. Друзья… да, их только 2 человека, которые меня по-настоящему понимают и это не мало, с ними пролетали самые худшие дни моей жизни… это были зимы. Мы брали дешёвую водку и шли в подъезд, чтобы не замёрзнуть, слушали разные песни на мобильнике… делились друг с другом своими бедами и несчастьями, болтали о жизни... и всем становилось немного легче на душе…жизнь тогда была другой, тогда была надежда, пускай небольшая, но все надеялись на лучшее. Мы мечтали о лете, о том как поедем отдыхать куда-нибудь, а в это время на улице стоял такой мороз, что было больно дышать… мы строили планы на будущее, жили им и это согревало нам души…и это повторялось изо дня в день, зима пролетала как одна неделя…
Небо было совсем таким же, как в тот день, и что-то болело внутри. Докурив, он спустился в землянку, оставив снаружи закат. Я никак не мог осознать, что ни города, ни прохожих, ни друзей ни её уже нет. Странное чувство, ни слёз, ни жалости - просто беспредельная усталость. Прислонив к стене автомат, он закутался в грязный бушлат и задремал... Шёл шестой год самой жестокой "последней войны"...